Cardinal de Richelieu's discovery of purple: Political and emblematic antecedents of a topos

Аннотация

Статья посвящена исследованию иконографического топоса «открытие пурпура», наиболее известным воплощением которого является набросок Рубенса для королевского замка Торре-де-ла-Парада. Однако помимо живописи следы его обнаруживаются в эмблемах и девизах, чрезвычайно распространенных в XVI–XVII вв. В частности, «открытие пурпура» обыгрывается в девизах Жана-Франсуа де Буасьера, созданных в 1622 г. в честь посвящения Ришелье, тогда еще епископа Люсонского, в кардинальский сан. Неожиданным образом Буасьер сравнивает нового кардинала с псом Геркулеса, нашедшим пурпурницу на морском берегу. У этого сравнения есть целый ряд политических импликаций, связанных, с одной стороны, с покровительством королевы-матери (которой, возможно, принадлежала идея использовать этот сюжет, знакомый ей по картине Санти ди Тито), а с другой — с попыткой Ришелье завоевать доверие Людовика XIII, символически обозначив абсолютную преданность его интересам. На примере девиза Буасьера прослеживается постепенная трансформация топоса, от изначальной модели, сформировавшейся в Италии XVI столетия, связанной с прославлением женской власти, вплоть до 1630-х годов, когда Ришелье создает у себя в Пале-Рояль галерею исторических портретов великих людей прошлого и настоящего, где представлено иное символическое истолкование происхождение кардинальского пурпура. Практически одновременно с этим топос «открытия пурпура» используют два нидерландских художника, Теодор ван Лон и Рубенс, причем в обоих случаях он служит прославлению испанской короны.